Почему Вздохи во время секса?

* * *В напряженнейшем ожидании, с зелеными и желтыми мыслями в голове, едва прислушиваясь к себе, и однако ощущая каждую точку своего цветного сознания, Савельев, появившись, тотчас остро, как иголка, воткнулся в улицу

Содержание статьи [свернуть]

  • Время, обнюхав его, почувствовало
  • Картонные бессильности незримо плачут, и он с
  • Савельев будто с шестого этажа посмотрел на
  • – Я сейчас, сейчас, – говорил он торопливо кому-то,
  • Вернувшись, он зажег малую дробь свечи и
  • «Жрать хочешь, Савельев, – промелькнула черная, переходящая в
  • Похолодела мысль, и закатилось сознание, и
  • Так начал свое жизнеописание купец
  • Савельев полез на давно поджидавшую его кровать,
Описание Вздохи во время секса

Время, обнюхав его, почувствовало

конец, смердящее, и ушло

Савельев с презрением оттолкнул ногой эту дрянь и, чувствуя, как превращается в бессильного, старого волка, но до ясновидения просветленный, с петухом и солнцем в самой далекой комнате своего сердца, подобострастно виляя хвостом, забрался в харчевню

«Жрать хочешь, Савельев, – промелькнула черная, переходящая в коричневую, мысль, – но жрать тебе не дадут

И это все? – снова спросил он, пронизывая взглядом тихо игравший светик

Картонные бессильности незримо плачут, и он с

ними! И он с ними! Купец Савельев с лопатой за плечами

И это все? – снова спросил он, пронизывая взглядом тихо игравший светик

Савельев будто с шестого этажа посмотрел на

них и рукой остановил свои от смеха прыгавшие щеки

Он налег всей своей бестелесностью на Савельева и задушил его

– Я сейчас, сейчас, – говорил он торопливо кому-то,

и все продолжал уходить и лепетать: – я сейчас, сейчас

Картонные бессильности незримо плачут, и он с ними! И он с ними! Купец Савельев с лопатой за плечами

Вернувшись, он зажег малую дробь свечи и

тотчас от полетевших во все стороны до ужаса знакомых светлых чертей, переполнился до краев отвращением

Так начал свое жизнеописание купец Савельев, поставил кавычки и бросил

«Жрать хочешь, Савельев, – промелькнула черная, переходящая в

коричневую, мысль, – но жрать тебе не дадут

Поднял руки, просунул деловито голову в петлю, осмотрелся и, как для пляса, скрючил ноги

Да, не было еще такого времени среди всех времен на земле и потому люди, кто только мог, без оглядки бежали во все стороны: бежал и брюхатый купец Савельев

Похолодела мысль, и закатилось сознание, и

разлилась нестерпимая белизна-чернота до тошноты в костях

– Я сейчас, сейчас, – говорил он торопливо кому-то, и все продолжал уходить и лепетать: – я сейчас, сейчас

«А я сам тридцать лет не видел петуха и даже забыл, какое у него лицо», – погрозил он себе, и вдруг смятенно оглянулся

Так начал свое жизнеописание купец

Савельев, поставил кавычки и бросил

И вот выбежали с глазками жаб хвостатые, хвостатые, бородатые, чтобы начать свою весело-страшную жизнь краткого, очень краткого дня

Савельев полез на давно поджидавшую его кровать,

свернулся, как песик, калачиком и стал решать пустую алгебраическую задачу:

«Вот они, вот они, – шепчет до смерти испуганное, смятенное существо, – а какая сила была, Боже мой, какая сила! А теперь! Взять бы, да сжечь все это, или перебить!»

Вспомнил Савельев свои утра и божественно творческое состояние души, когда с сигарой между вторым и третьим пальцем шел из спальной в столовую, вспомнил свои полдни, вечера и ночи, вспомнил жену, детей, слуг, приказчиков, конторщиков, бухгалтеров, московский дом, склады с товарами, все отделения в разных городах, друзей, просителей

В мозгу овально проскакал, желтея звуками, конец знакомого марша, выскочил из уха и растаял за окном